В 1983 году из Байрейта пришла
радостная весть: "зажглась" новая вагнеровская "звезда"! Ее имя -
Вальтрауд Майер.
С чего все началось...
Вальтрауд родилась в Вюрцбурге в 1956 году. Сперва училась играть
на блокфлейте, потом на фортепиано, но, как рассказывает сама
певица, беглостью пальцев она не отличалась. И когда у нее не
получалось выразить свои эмоции на клавиатуре, она в полной ярости
захлопывала крышку пианино и начинала петь.
Пение было для меня всегда совершенно естественным способом
самовыражения. Но я никогда не думала, что это станет моей
профессией. Зачем? Я и так бы всю жизнь музицировала.
По окончании школы она поступила в университет и собиралась стать
педагогом английского и французского. А частным образом брала уроки
вокала. Кстати, что касается вкусов, то ее страстью в те годы была
вовсе не классические композиторы, а группа "Би Джиз" и французские
шансонье.
И вот спустя год частных занятий по вокалу мой педагог вдруг
предложил мне прослушаться на вакантное место в оперном театре
Вюрцбурга. Я подумала: а почему бы и нет, я же ничего не теряю. Я
этого не планировала, моя жизнь от этого не зависела. Я спела, и
меня взяли в театр. Я дебютировала в роли Лолы в опере Масканьи
"Сельская честь". Позже я перешла в мангеймский оперный театр, где
стала работать над вагнеровскими ролями. Моей первой партией стала
партия Эрды из оперы "Золото Рейна". Мангейм для меня был своего
рода фабрикой - я сделала там более 30 ролей. Я пела все
меццо-сопрановые партии, в том числе и те, которых я тогда еще не
была достойна.
Университет, понятно, Вальтрауд Майер закончить не удалось. Но и
музыкального образования, как такового, она тоже не получила. Ее
школой были театры. После Мангейма последовали Дортмунд, Ганновер,
Штуттгарт. Затем Вена, Мюнхен, Лондон, Милан, Нью-Йорк, Париж. И,
конечно же, Байрейт.
Вальтрауд и Байрейт
О том, как Вальтрауд Майер попала в Байрейт, певица рассказывает
так.
После того, как я уже несколько лет проработала в различных
театрах и уже исполняла вагнеровские партии, настало время
прослушаться и в Байрейте. Я позвонила туда сама и приехала на
прослушивание. И тут большую роль в моей судьбе сыграл
концертмейстер, который, увидев у меня клавир "Парсифаля",
предложил спеть именно Кундри. На что я сказала: что? здесь, в
Байрейте? Кундри? Я? Упаси Боже, никогда! Он сказал: ну, почему же?
Здесь-то вы и сможете себя показать. Тогда я согласилась и спела ее
на прослушивании. Так в 83 году в этой роли я дебютировала на сцене
Байрейта.
Бас Ганс Зотин так вспоминает о своем первом сотрудничестве с
Вальтрауд Майер в 1983 году в Байрейте.
Мы пели в Парсифале. Это был ее дебют в роли Кундри. Оказалась,
что Вальтрауд - очень любит с утра поспать и в двенадцать,
полпервого она приходила с таким заспанным голосом, я думал, Боже,
справишься ли ты сегодня с ролью вообще. Но удивительно - через
полчаса ее голос прекрасно звучал.
После 17 лет тесного сотрудничества между Вальтрауд Майер и
руководителем байрейтского фестиваля, внуком Рихарда Вагнера,
Вольфгангом Вагнером, возникли непримиримые разногласия, и певица
заявила о своем уходе из Байрейта. То, что от этого проиграл
фестиваль, а не певица - абсолютно ясно. Вальтрауд Майер с ее
вагнеровскими персонажами уже вошла в историю. Рассказывает
режиссер Венской государственной оперы Ангела Цабра.
Когда я познакомилась с Вальтрауд здесь в Государственной опере,
ее представляли как вагнеровскую певицу. Ее имя было неразрывно
связано с Кундри. Говорят Вальтрауд Майер - читай Кундри. Она в
совершенстве владеет своим ремеслом, своим голосом, подаренным ей
Господом, она дисциплинирована, она работает над своей техникой до
сих пор, она не прекращает учиться. Это существенная часть ее
жизни, ее личности - у нее всегда ощущение, что она должна дальше
работать над собой.
Коллеги о Вальтрауд Майер
А вот какого мнения о Вальтрауд Майер дирижер Даниель Баренбойм, с
которым она не только сделала несколько постановок, выступала в
концертах, но и записала "Кольцо нибелунга", "Тристана и Изольду",
"Парсифаль", "Тангейзера":
Когда певец молод - он может произвести впечатление голосом,
талантом. Но с течением времени многое зависит от того, насколько
артист продолжает работать дальше и развивать свой дар. Это все
есть у Вальтрауд. И еще: она никогда не отделяет музыку от драмы, а
всегда связывает эти составляющие.
Режиссер Юрген Флимм:
Говорят, что Вальтрауд - сложный человек. При этом она всего лишь
умна.
Бас Ганс Зотин:
Вальтрауд, как говорится, рабочая лошадка. Если вам удастся
соприкоснуться с ней в жизни, то у вас совершенно не возникнет
впечатления, что перед вами примадонна с какими-нибудь причудами,
капризами или переменчивым настроением. Она совершенно нормальная
девчонка. Но вечером, когда поднимается занавес, она
преображается.
Режиссер Венской государственной оперы Ангела Цабра:
Она проживает музыку душой. Она увлекает и зрителей, и коллег
идти ее путем.
Что же думает о себе сама певица:
Считают, что я хочу быть во всем безупречной, совершенной.
Возможно, это так. Если мне что-нибудь не удается, то я, конечно,
недовольна. С другой стороны, я знаю, что должна немного щадить
себя и выбирать, что для меня важнее - техническое совершенство или
выразительность? Конечно, было бы здорово, совместить верный образ
с безупречным, совершенным чистым звуком, беглыми колоратурами. Это
- идеал и к этому, разумеется, я всегда стремлюсь. Но если это в
какой-то вечер не удается, я думаю, что мне важнее донести до
публики смысл, заложенный в музыке, и чувства.
Вальтрауд Майер — актриса
Вальтрауд посчастливилось работать с выдающимися режиссерами своего
времени (или им с ней?) - Жан-Пьер Поннель, Гарри Купфер, Петер
Конвичный, Жан-Люк Бонди, Франко Дзеффирелли и Патрис Шеро, под
руководством которого она создала неповторимый образ Марии из оперы
Берга "Воццек".
Кто-то из журналистов назвал Майер "Каллас нашего времени". Сперва
мне показалось это сравнение очень далеким. Но потом, я поняла, что
имел в виду коллега. Певиц с прекрасным голосом и совершенной
техникой не так мало. А вот актрис среди них - единицы. Мастерски -
с театральной точки зрения - созданный образ - это то, что отличало
Каллас 40 с лишним лет назад, и это то, за что ценят Вальтрауд
Майер сегодня. Сколько за этим стоит работы - знает только она.
Для того чтобы я сказала - сегодня роль удалась, - необходимо
сочетание многих факторов. Во-первых, для меня важно, найти верный
путь для создания образа в процессе самостоятельной работы.
Во-вторых, на сцене очень многое зависит от партнера. Идеально,
если мы можем играть с ним в паре, как в пинг-понге, перекидываясь
друг с другом шариком.
Я очень чувствую костюм - мягкий он, струится ли ткань или он
сковывает мои движения - от этого меняется моя игра. Парики,
макияж, декорации - все это для меня важно, это то, что я могу
включить в свою игру. Свет тоже играет большую роль. Я всегда ищу
освещенные места и играю со светом и тенью. Наконец, геометрия на
сцене, как расположены друг к другу герои - если параллельно к
рампе, лицом к публике, как в греческом театре, тогда зритель
оказывается вовлеченным в происходящее. Другое дело, если они
обращены друг к другу, тогда их диалог носит очень личный характер.
Это все очень важно для меня.
Директор Венской оперы Иоан Холендер, который знает Вальтрауд вот
уже 20 лет, называет ее актрисой высочайшего класса.
У Вальтрауд Майер от спектакля к спектаклю появляются новые
краски, нюансы. Поэтому ни одно представление не похоже на другое.
Я очень люблю ее Кармен, но также и Сантуццу. Моя любимая роль в ее
исполнении - Ортруд. Она неописуема!
Вальтрауд, по собственному признанию, честолюбива. И каждый раз она
ставит планку немного выше.
Иногда я начинаю бояться, что не справлюсь. Такое произошло с
Изольдой: я ее выучила и уже пела в Байрейте, и вдруг поняла, что,
по собственным критериям, недостаточно созрела для этой роли. То же
самое произошло и с ролью Леоноры в "Фиделио". Но все же я
продолжала работать. Я не из тех, кто опускает руки. Я ищу до тех
пор, пока не найду.
Основное амплуа Вальтрауд - меццо-сопрано. Партию Леоноры Бетховен
написал для драматического сопрано. И эта не единственная
сопрановая партия в репертуаре Вальтрауд. В 1993 году Вальтрауд
Майер решила попробовать себя в качестве драматического сопрано - и
это ей удалось. С тех пор ее Изольда из оперы Вагнера - одна из
лучших в мире.
Говорит режиссер Юрген Флимм:
Ее Изольда стала уже легендой. И это оправдано. Она блестяще
владеет ремеслом, техникой, вплоть до малейших деталей. Как она
работает над текстом, музыкой, как она это объединяет - не многие
это могут. И еще: она умеет вжиться в ситуацию на сцене. Она
продумывает, что происходит в голове у персонажа, и затем воплощает
это в движениях. А то, как она умеет выразить характер голосом -
это фантастика!
Вальтрауд Майер:
Над большими партиями, такими как, к примеру, Изольда, где только
чистого пения почти 2 часа, я начинаю работать заранее. Я ее стала
учить за четыре года до того, как впервые вышла с ней на сцену,
откладывая клавир и начиная снова.
Ее Тристан, тенор Зигфрид Ерузалем, так рассказывает о работе с
Вальтрауд Майер.
Я вот уже 20 лет пою с Вальтрауд с величайшим удовольствием. Она
- великая певица и актриса, это знаем мы все. Но, кроме того, мы с
ней еще отлично подходим друг к другу. У нас прекрасные
человеческие отношениями, и, как правило, схожие взгляды на
искусство. Не случайно нас называют идеальной парой в Байрейте.
Почему именно Вагнер стал ее композитором, Вальтрауд Майер отвечает
так:
Его сочинения интересуют меня, заставляют меня развиваться и идти
дальше. Тематика его опер, уже только с психологической точки
зрения, безумно интересна. Работать над образами можно бесконечно,
если подходить к этому детально. Например, сейчас взглянуть на эту
роль с психологической стороны, теперь с философской или, к
примеру, изучить только текст. Или посмотреть оркестровку, ведение
мелодии или то, как Вагнер использует голосовые возможности. И,
наконец, потом все это объединить. Этим я могу заниматься
бесконечно. Мне кажется, я никогда не закончу над этим работать.
Другим идеальным партнером, по мнению немецкой прессы, явился для
Вальтрауд Майер Пласидо Доминго. Он - в роли Зигмунда, она - вновь
в сопрановой партии Зиглинды.
Пласидо Доминго:
Вальтрауд является сегодня певицей высочайшего класса в первую
очередь в немецком репертуаре, но и не только. Достаточно упомянуть
ее роли в операх "Дон Карлос" Верди или "Кармен" Бизе. Но особенно
ярко ее талант раскрывается в вагнеровском репертуаре, где есть
партии будто написанные для ее голоса, например Кундри в
"Парсифале" или Зиглинда в "Валькирии".
Вальтрауд о личном
Вальтрауд Майер живет в Мюнхене и считает этот город по-настоящему
"своим". Она не замужем и у нее нет детей.
То, что профессия оперной певицы повлияла на меня - это понятно.
Постоянные разъезды приводят к тому, что очень трудно сохранять
дружеские связи. Но, вероятно, именно поэтому я осознанно уделяю
этому больше внимания, ведь друзья значат для меня очень много.
О недолгой профессиональной жизни вагнеровских певиц известно всем.
Вальтрауд уже побила все рекорды в этом отношении. И все же, говоря
о будущем, грустная нотка появляется в ее голосе:
Я уже задумываюсь о том, как долго мне еще суждено петь, но эта
мысль не тяготит меня. Мне важнее знать, что мне сейчас нужно
делать, в чем моя задача сейчас, в надежде, что когда придет день и
я буду вынуждена прекратить - по какой бы то ни было причине - я
спокойно с этим смирюсь.
